?

Log in

No account? Create an account

Быть мамой мальчика ЭТО

·        Привыкнуть ходить на каблуках, раскованно помахивая огромной грязной палкой – которую вам дали подержать на чуть-чуть, и, ясное дело, не заберут из рук до конца прогулки. Да,  еще ее обязательно попросят дома в тот единственный раз, когда соблазн незаметно выкинуть эту дрянь возобладает над предусмотрительностью;

·        Научиться с невозмутимым лицом отвечать на невинные детские вопросы типа: «Как разрезают труп для пересадки сердца?». И смириться, наконец-то уже смириться, что спрашивать эти вещи у вас будут только в маршрутке или в очереди. Собственно, для этого и нужно невозмутимое лицо;

·        Жить в постоянном процессе волшебного превращения своих кровных в абсолютно чуждые вам фигурки лего-человечков со странными именами. А также регулярно наталкиваться на элементы расчлененки этих чудиков в собственных карманах. И в постели. И в вечерней сумочке. И в холодильнике. И под ногами (больно!);

·        Делать вид, что вы
а) глухая;
б) не имеете никакого отношения к тому ребенку в лабиринте, который истошно орет «Хая» без перерыва и с естественными детскими проблемами дикции, превращая тем самым воинственный клич в слово из заборного лексикона;

·        Солнечно улыбаться прохожему мужчине, который лезет за вашим сыном на верхушку дерева/горы/насыпи из липкой грязи – и стараться не вспоминать вывихнутые ноги/порванные брюки/запачканное все предыдущего человека, который проделал ровно то же самое минут 15 назад;

·        С легкой внутренней паникой наблюдать любые проявления интереса к вашей косметике в эдиповом периоде. И чувствовать смесь облегчения с бешенством на категорический утренний отказ надеть последние чистые (и недешевые!) колготы, потому что там внизу на лодыжке нарисован маааахонький бантик и «Они девчачьи!»;

·        Регулярно обнаруживать выковыренность стразов с босоножек/сумки/вчера купленной кофточки. Точно знать, что они теперь живут в ящике с пиратскими сокровищами – но он, увы, в секретном месте. Твою ж мать…

·        Оставить бесплодные попытки привить вкус к песням из советской Красной шапочки и сменить невозможную задачу на план минимум – научить выговаривать название его любимой «Gangnam Styl» так, чтобы в этом не звучал экскрементальный оттенок;

·        Всегда иметь повод для радости, приключения и прекрасную компанию ))

Рецепт созависимости

Рецепт созависимости

  Хотите обеспечить себе партнера на всю жизнь? Чтобы не пришлось встречаться со своим старением и одиночеством? Чтобы не познакомиться с собственным бессилием и уязвимостью? Чтобы прошли мимо экзистенциальные и семейные кризисы? Чтобы всегда был рядом тот, кто во всем виноват и должен все исправить? Чтобы контроль над жизнью сохранялся целиком и полностью? (ну, только иллюзия контроля, если по-честному – но кого волнует честность?)
  Хотите? У меня есть для вас прекрасный выход. Сделайте своего ребенка созависимым.
  Рецепт предельно прост. Вам нужно стать для своего ребенка всем.
  Всю еду дитятко должно получать только из ваших рук. Любая подпитка – физическая, эмоциональная, умственная – должна происходить сугубо под вашим контролем. Ребенок должен четко знать – все, что ему необходимо, есть только у мамы.
Все детские попытки расширить рацион и научиться самостоятельно добывать пищу, должны жестко пресекаться.
Вариантов тут два, использовать, для надежности, конечно же, лучше оба.
  Первый –  резко лишать детеныша всего питания всякий раз, как он обнаружит, что кушать можно не только дома. Пускай с неделю пожрет одни лишь непривычные, пока трудно перевариваемые крохи, с трудом добытые на стороне.
  Обставить остановку в поставках пищи можно самыми разными способами – например, банально заболеть или обидеться. Можно «забыть» про ребенка и уехать на неделю-другую, а по возвращении сидящему под дверью, голодному и обессиленому от ужаса первой разлуки дитятке сказать: «Ну надо же, а я думала, что больше тебе не нужна..». Можно от беспокойства за активного ребенка так сильно трясти руками, что вся еда будет просыпаться мимо тарелки.
  Кстати, домашняя еда ни в коем случае не должна быть разнообразной. Лучше всего выбрать один вид каши, чтобы любая попытка поесть на стороне заканчивалась коликами, рвотой и поносом – тогда вид ребенка под дверью будет более живописен, а последствия выхода из теплой любящей семьи  – более наглядны и доступны для детского понимания.
  Детеныш мигом вернется к маме и надолго оставит попытки вылетать из гнезда.  Условный рефлекс – это вам не хухры-мухры. Знать, что как только ты выйдешь из дома, он пропадет навсегда – крутой стимул для того, чтобы самостоятельно приковать себя к батарее. Или к маме. В общем, неважно.
  Второй вариант – это акцент на опасности внешнего мира. Тут работают и рассказы, и личные примеры, и правильно сделанные интерпретации происходящих событий. Но есть один совершенно беспроигрышный способ.
  Вам стоит завести в своей квартире какое-то страшное существо (например, мужа-алкоголика, или деда-сумасшедшего), и усиленно защищать ребенка от него, чтобы деточка с самого раннего возраста глубоко прониклась всем уродством, непредсказуемостью и агрессивностью внешнего мира.
  Кстати, их общение лучше ограничить, не дай  бог ребенок обнаружит, что отец не только опасный алкоголик, но и кормилец семьи, а сумасшедший отвратительный дед умеет делать прикольные свистульки. Это может здорово подпортить картинку враждебности всего, что расположено за пределами коалиции «я и моя волшебная жизнеобеспечивающая мама».
  Правда, даже в случае нежелательного обнаружения ребенком некоторого дружелюбия нематеринских сущностей, вы все равно можете взять ситуацию под контроль – например, подсунув папе водке, или, предварительно поссорив дедушку с ребенком, уйти и подложить дедушке ремень и идею «вот из таких-то детей и вырастают немецко-фашистские захватчики».
  Резкие и опасные перепады настроенности других людей, пожалуй, даже лучше – вселяют в ребенка уверенность в том, что все обязательно закончится плохо, и доверять спокойным моментам нельзя ни в коем случае. Есть только один оплот надежности – мама.
  Выращенное в таких условиях существо, когда-то бывшее ребенком с заложенным в нем природным стремлением к самореализации, окажется  предельно уязвимым, абсолютно беспомощным, зависимым от вас и ваших желаний, и (самое главное!) вынужденным вас бесконечно поддерживать – ибо именно от вашего состояния зависит его безопасность, условный комфорт и кривенькие ошметки счастья.

Бывает, мы хотим в жизни чего-то очень-очень определенного, ясного и четкого. Прям именно такого человека, прям именно таких отношений, чтобы подошло, как ключ к замку, и внутри замочка наконец-то щелкнуло, открылось – а там внутри сидит большое такое, пузатое счастье, одинаковое и на каждый день.

И отказаться от этих прекрасных картинок так сложно, что лучше отказаться от дорогого человека – если контакт с ним в картинку не попадает.

Ты не хочешь выйти за меня замуж – исчезни из моей жизни, пускай даже в лице тебя будет потерян прекрасный друг и напарник. Тебе не подходит предложенная мной дистанция – тогда удалю тебя из телефонной книжки, и даже если больше никогда не будет подруги, с которой можно так спокойно говорить и так надежно плакать – к черту, все к черту, раз тебе много перезваниваться со мной каждый день!

Как будто намного легче «убить» другого человека, вычеркнуть его из жизни насовсем, чем принять отношения с ним не такими, как запланировано.  Вроде как проще обеднить свою жизнь на такую огромную и важную ценность – на целого живого человека, чем позволить реальности вступить в свои права и придать отношениям иную, незапланированную форму.

И тогда возможности отношений между людьми оказываются ограничены не реальными рамками человеческого существования, а жестоким и преждевременным отказом быть рядом на других условиях, в других рамках и возможностях, чем нарисовано внутри.

Я ненавижу такой вот преждевременный упрямый отказ от возможностей. Мне кажется очень жестоким создавать искусственную смерть.

В жизни и так полно ограничений. Их очень-очень много. Их просто таки до хрена.  Мы не можем общаться со всеми, с кем хочется, и так часто, как бы этого хотелось. На это просто недостает сил и времени. Каждый божий день огромное количество важных нам людей не совпадает со нами по занятости, настроению, местоположению, зоне приема сотового телефона и другим данностям нашего бытия. Мало того, люди умирают, переезжают навсегда, просто — меняются и становятся другими.

Так мало тех, кто совпадает – хоть как-то. К кому хочется изнутри, к кому  – искренно и откровенно, и в ком слышится эмоциональный ответ. Так мало возможностей общаться с теми, с кем все-таки – совпало.

И когда отношения оказываются ограничены не тем непреодолимым, с чем нет никакого смысла спорить – не самой жизнью, не пустотой, с которой рано или поздно столкнется каждый из нас – а окончательностью представлений о жизни и о том, как должно быть -  мне тихо и горько сатанеется.

Хотя я вполне понимаю эту стратегию. В реальных отношениях приходится раз за разом претерпевать тысячу маленьких смертей, отказов и разочарований. Умирают ожидания и представления, мечты и фантазии, надежды на реализацию потребностей и волшебную сказку наяву. Реальность раз за разом оказывается не такой, как нам надо – она может иногда оказаться даже лучшей, но кого это интересует, если она не такая как НАДО?!

Так сложно знать, что в любой момент, снова и снова ты можешь столкнуться с очередной потерей – и никому не известно, как и когда она произойдет. Намного проще убить все и сразу. Или засунуть в жесткие рамки, и требовать исполнения, и делать самому, если не может другой – но одновременно прикидываться, что это сделал он – ведь по сценарию важно именно так, МНЕ ТАК НАДО!

С жестоким упрямством в человеке звучит: «Я сделаю жизнь такой, как мне нужно, такой, как я придумал давно в детстве, спасаясь от ужаса – а если жизнь не согласится, я согну ее в бараний рог и снова попробую запихнуть в нужные мне рамки. А потом, когда не смогу — я убью странную, несоответствующую мне реальность и похороню, предпочитая не замечать, как живой разноцветной струйкой она медленно утекает из-под земли, и стучится в дверь опять — но, не дождавшись ответа, уходит искать кого-то другого».

В работе так часто говоришь – попробуй снова… Да, возможно тебе действительно не дадут то, на что ты рассчитывал – может быть, сегодня многое изменилось и не окажется уже даже того, что было вчера. Но попробуй разрешить себе сохранить важность и ценность другого человека – не как поставщика ресурсов и удовлетворителя потребностей, а просто как человека, от существования которого иногда бывает хорошо. Даже если пока не ясно – чему именно быть между вами теперь, когда земля прокрутилась вокруг себя и сделала всех немного другими. И тогда что-то хорошее может произойти снова — непредвиденно

Обсуждали тут со знакомой из ЖЖ  наши способы обращаться с болью и бОльными состояниями. Так много всего обнаружилось, что решила поделиться. В посте - собственный опыт и навыки проживания душевной боли. Ключевое слово – «собственный», то есть способы мои личные, кому-то могут подойти, кому-то – не очень.

Итак, поехали.
Первое и важное, чему научила меня психотерапия в проживании боли – это самой идее, что в боли можно как-то обустраиваться и по-особенному это состояние проживать. Второе, и не менее важное – боль закончится. Обязательно и без вариантов.
Не буду оригинальничать и приведу заезженную метафору с погодой. Во внутреннем мире, точно так же, как и во внешнем, бывает разная погода. Дождь (в нашем случае - боль) тоже бывает, обязательно.
НО. Можно попасть под ливень, где лупит ледяной град – и упорно идти вперед босиком, уже не понимая – зачем и куда, чувствуя, как сводит икры в ледяной воде, в груди медленно разгорается сухой колючий бронхит, тело измучено ударами и конец только один – спотыкнуться о следующую колдобину, наконец-то упасть и сдохнуть, захлебнувшись в  этой тягучей воде под ногами. Очень красочный, травматический и аутоагрессивный способ жить своей жизнью.  Иногда, кстати, полезно – с целью потом обнаружить, что ТАК больше не хочется.
 А можно по-другому. Остановиться и оглядеться по сторонам – есть ли где место, в котором укрыться от града? Может ли кто-то пустить вас под свой зонтик? Нет ли поблизости магазина с ассортиментом резиновых сапог – пускай не слишком изящных и пока другого размера? Возможно ли заскочить под какую-нибудь крышу, есть ли рядом остановка автобуса, который подвезет вас к чьему-то (пускай даже не вашему) дому?
Чувствуете разницу?  Или - автоматически-бесчувственно брести в атмосферном кошмаре – и знать, что так будет всегда. Или - идти в бушующую непогоду, искать способы позаботиться о себе и точно помнить – погода меняется всегда, БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЙ, и скоро дождь закончится, и будет снято с тела мокрое-липкое-холодное, и ситуация  даст возможность согреться и отдохнуть.
Повторюсь – это, пожалуй, самое важное и глобальное мое открытие про способы обращения с собой в сложные и больные периоды жизни.
А теперь – наработанные конкретные практические способы обращаться с болью.

1. Замечать.

Когда вдруг начинает болеть в теле то, что раньше не болело; когда возникает много напряжения в лице, и дышать уже как-то сложно; когда обнаруживаешь, что сил хватает лишь на то, чтоб не заплакать; когда ничего не хочется,  в груди скребет, и мир постепенно приобретает цвет разнообразных оттенков серого  – не переть дальше на остатках упрямства, а замечать и понимать – что-то происходит. Наверное, надо присмотреться – что именно. Маркеры  здесь, конечно, приведены мои, у разных людей они, соответственно – разные, и знать свои маркеры боли – штука, как по мне, очень полезная.


  1. Организовывать людей.


Лучше, как минимум - звонить, а как максимум -  приходить лично к кому-то близкому, а не справляться самому. Лучше по многим причинам – и не так страшно, и не так одиноко, и сразу рядом присутствует то самое, вышеупомянутое теплое-родное-пушистое, и есть на кого опереться. Поэтому я точно рекомендую в периоды жизненных сложностей иметь в голове список людей, которые вашу боль могут выдержать, вас – ценят и уважают,  и время вам уделить готовы. Друзья, знакомые с похожим опытом, психологи. Прямо вот списком в голове, а лучше – на бумажке. Я это серьезно, да. Потому что в моменты, когда совсем плохо, мозг отказывает, контакты вылетают из головы и привычка оставаться одному и/или не замечать себя побеждает всухую.
Поэтому – в бОльный момент берем телефон, звоним близким, проверяем обстановку и рассказываем о том, как на душе. Понемногу, по чуть-чуть раскручиваем то, что распирает изнутри, слушаем вопросы, отвечаем, встречаемся с переживаниями, которые переполняют душу и создают боль. Не затягиваем, ибо психосоматика лечится сложнее.

3. Встречаться с болью и дышать. ДЫШАТЬ. И снова дышать – много.

Дыхание вообще очень полезная штука, благодаря нему мы живем, если кто не в курсе. И именно благодаря дыханию довольно просто боль можно пережить – потому что вдох-выдох, вдох-выдох – очень хороший цикл. Вдох – вдохнули свежего воздуха, набрались сил – и выдох – выдохнули из груди-тела-глаз-души лишнее, что в организме уже не помещается и просится наружу криком и слезами.
В случае, когда уже накрыло, когда накатило и захватило болью – самое милое дело, дышать-орать-плакать, так, как хочется – громко, с силой, - так быстрее устаешь, и силы заканчиваются, и плач проходит, и за ним наступает покой.

4. Помнить изо всех сил – это закончится, намного быстрее, чем кажется.  И будет НАМНОГО легче.

Когда я работала с болью, собственной или чужой, и когда видела работы других людей, самый острый момент боли не длился даже 15 минут. Потому как тело не железное, и много не выдерживает – рыдать и переживать больше приведенного времени довольно сложно. Поэтому остатками мозга в самом разбитом состоянии помните – это будет больно, неприятно – но не долго. Если вы позволите боли быть – то все скоро закончится. И потом будет покой, и много места для других переживаний – обычно намного более радостных.
Это вообще непостижимая, и сложноверительная штука – но совершеннейшая правда. Когда ДЕЙСТВИТЕЛЬНО проживаешь боль, все становится намного легче. Именно все – настроение, состояние, жизненная ситуация (как минимум взгляд на нее). И очень многое можно менять и делать, когда есть силы и настроение – то есть когда отпустишь тело, и дашь ему пережить то, что давно просится.

5. Ходить, двигаться, жить.

Иногда в моей жизни были моменты, когда плакать я не могла. Слез просто не было. И говорить, и объяснить кому-то происходящее со мной – тоже не могла. Мне просто было ПЛОХО. Реально капслоком.
И тогда меня спасало движение. Куда-то далеко уходить (с полностью заряженным телефоном в руках!), мыть-убирать-чистить, заниматься спортом – делать что-то, что забирает-оттягивает энергию из организма, снижает накал и выводит тяжесть. Этот способ не приносит каких-то великих экзистенциальных открытий. Но то, что после долгой, изнурительной физической нагрузки вам, скорее всего, захочется жрать и спать – почти наверняка. И это уже здорово, когда чего-то хочется. Это и есть жизнь.

6. Иметь способ затормозить. По крайней мере – знать, что он точно есть.

В самом начале, когда боль была для меня чем-то новым и незнакомым, и количество ее в организме зашкаливало, а поддерживающих людей не существовало в моем представлении как класса – выхода в моей субъективной реальности и правда не было.
С тех времен у меня внутри есть пограничный столб.. Этот столб расположен на границе выносимого. Там, где уже нет сил понимать и думать, но пока остается возможность следовать давно заданному и не раз выручавшему алгоритму. Столб сделан из толстого дерева, старый и очень надежный, на нем крепко приколочена доска с надписью "Выпей препараты, забейся в угол и спи". Я точно знаю, что это помогает мне снять самое острое состояние. В эти моменты я не смотрю ничего про людей, не читаю и не слышу эмоциональных рассказов. У меня отдых и остановка – потому что мне много.
Если вы будете знать, каким образом затормозить можете вы – это круто. Потому что в самых сложных, самых безвыходных ситуациях точно можно опираться на свой опыт остановок, после которых наступает новый день – и он обычно немного лучше, чем тот, что был вчера.
Как выяснилось, мало кто знает, куда обратиться за психологической помощью. А ведь для жителей больших городов существуют даже совершенно бесплатные центры и телефоны доверия! Да и для жителей регионов в наше время Интернета не все так мрачно...
В общем, я решила собрать всю информацию в одном посте.

Телефоны доверия, телефоны психологических служб, библиотеки, базы данных психологовCollapse )

Психологический пиар
У меня в журнале 10 июня 2013 был первый пост с возможностью практикующим психологам рассказать о себе, и он вызвал интерес. Теперь такой пост станет ежесезонным. Следующий пост, в котором психологи получат возможность рассказывать о себе и рекламировать свои предстоящие мероприятия, будет опубликован 10 сентября в 12-00.



(утирает пот со лба) Ну, скажите мне теперь спасибо, что ли...
И поделитесь информацией с другими. :)


Что Дарить Мужчинам

Итак сперва:

Чего НЕ НАДО дарить:

Read more...Collapse )
Я тут думаю, что для клиентов психотерапевты - это единственные люди, который торгуют правом на жизнь.
Конечно, есть еще священники, и они раздают право жить за бесплатно. Но в бесплатное с проваленной базовой безопасностью верится с трудом, да и заповеди никто не отменял - вот и получается, вроде внешне все ок, а на самом деле любофф надо подтверждать поведением. Это клиенты уже в детстве проходили.
А вот мы - по чесноку продаем полноценное право на существование. За очень большие деньги - не может ведь право на жизнь стоить дешево. Товар дефициитный, за раз продается не больше пары часов в одни руки.
Совершенно четкий и подходящий клиенту обмен. Все дорого, дозировано - и очень честно. Каждый раз - право прожить целый час. Полноценное, полновесное право быть каким угодно. И жить. Любым.
Правда, на самом деле торговать правами на жизнь у нас лицензии нет. В отличие от священников.
Рано или поздно клиент это понимает, товар оставляет себе, а нас отправляет на кислород - и это хорошо :)
Оригинал взят у konorov в Про то что вещи заканчиваются и уже больше никогда не случаться
Здесь и теперь
Думаю, это то чем мы все время заняты в терапии. Можно сказать, что вся терапия это занятия по признанию того, что чего-то больше нет.
  Когда мы говорим про детство – мы же не для того говорим, чтобы оно вернулось и радужным стало и чтобы папа учил на велосипеде кататься, а не лежал пьяный во дворе. Нет, мы говорим, чтобы наконец-то заметить или вернее ощутить, что это никогда не произойдет, никогда не случится. 
  Мы говорим о разводе, мы говорим о мертвых, мы говорим о том, что кто-то не любит и видимо это навсегда. Знать про страшное, помнить про него, чувствовать его - проще, чем признать, что никогда уже не случится то хорошее, что должно было быть вместо. 
Read more...Collapse )

да!

Оригинал взят у skachalin в post
Оригинал взят у omami в post
Детей иметь плохо. Не имейте их! Если можете. Но если вам все же очень надо, то вот несколько неочевидных моментов, делающих это сомнительное мероприятие чуть более целесообразным и терпимым:

1. От них, как не странно, худеют. Даже если вы не кормящая мать (кормящая мать это агрегат по расходу калорий), вам придется гораздо больше ходить. Причем ходить с постепенно утяжеляющимся грузом в руках или толкая утяжеляющуюся коляску, а потом переходить на рысцу, чтобы догнать вечно убегающее. Как можно не похудеть в таких условиях, не знаю. И это при том, что я безвольная зефирозависимая обжора.

2. Только опытным путем можно узнать что произойдет с вами после приобретения собственного младенца. Но скорее всего – ничего с вами не произойдет. Даже если вас будет невероятно умиротворять ваш младенец, чужие спящие младенцы по-прежнему could be dead for all you care; скорее всего вас по-прежнему будут вводить в недоумение фотографии вскармливания сиськой в общественном доступе; но одно случиться неприменно: вы обнаружите в себе невиданные доселе глубины терпения. От этого вы иногда будете чувствовать себя супергероем. Терпение это типа ваша суперсила.

3. Кстати, спящий младенец, каждый раз вызывает сложное чувство глубокого удовлетворения, умиления, облегчения и небывалой, практически лесной внутренней тишины. Ну, примерно как спящий котик? Только в сто раз круче.*

4. При желании, это будет ваша ежедневная новогодняя елочка. Потому что их надо одевать. Каждый день. А иногда даже по несколько раз. Удовлетворение от этого совсем не как от одевания себя. А скорее как от удачно связанной варежки. Я, правда, ни разу не вязала варежек, но мне почему-то так кажется.

5. Никогда больше, ни при каких обстоятельствах, вы не выйдете из дома без, как минимум, рисовых бисквитов. Поэтому, даже намертво застряв в пробке, вам не придется падать в голодный обморок. Вы всегда сможете подкормиться младенческой едой – она, как правило, ок на вкус и органическая при этом.

6. Вы станете максимально организованной версией себя. Если вы не сделаете что-то прямо сейчас – вы не сделаете это никогда, потому что через 5 минут, многовероятно, вам придется срочно менять памперс, вынимать кошачью еду из кошачьей воды и/или переодеваться. А может и через одну. Но пока у вас есть эта одна – вы будете уметь ей виртуозно пользоваться.

7. Они смешные. Не все время, но часто. Более того – как только они научиваются смеяться – им становится дико смешно от всякой фигни. Например от того, как вы чихаете. И смех этот неумолимо заразителен. В итоге вы нередко ржете как лось по полдня.**

8. Отец младенца удивит вас ангельскими качествами. Ему, в придачу к чудесам терпения с младенцем, надо будет проявить чудеса терпения с вами. Х.з. как это возможно. И это заполнит вас благодарностью неизведанных доселе масштабов.

9. Благодарность вообще становится превалирующим чувством в жизни***. Удалось спокойно поужинать вдвоем – великая удача. Сходить в кино – событие. Поебались – праздник. Никто не болеет – счастье.


* Проблема в том, что они, кажется, никогда не спят.
** Оставшиеся полдня вы пытаетесь уложить младенца спать.
*** Особенно в те редкие минуты, когда ваш младенец, наконец, заснул.


Взято отсюда http://imja.livejournal.com/1926162.html

В жизни редко бывают идеальные ответы - скорее, наше сознание подгоняет какие-то ответы под ту картинку, которую мы хотим видеть. 
И требуется большое доверие к себе и мужество, чтобы сказать: да, мой ответ - восемь корней девятой степени из тысяча девяносто восьми двадцать две тысячи сто сорок пятых десятитысячных. Да, он некрасивый, но единственный. 
Или: "я выбирал из вариантов "плохо" и "совсем плохо", поэтому ответ "плохо" меня устраивает". 
Это не очень приятные выборы. Но признать их - это единственная возможность двинуться к другим задачам.